home

Глава 7_7

   Евгения Кострикова — дочь С. М. Кирова

 

            Если Константин Кузаков был внебрачным сыном Сталина, то Евгения Кострикова была законной дочерью Сергея Мироновича Кирова по первой его жене. Только у нас до войны так соблюдалась тайна личной жизни советских госдеятелей, что люди не знали о ней ничего. В 1975 году появляется мемуарная книга генерала А. П. Рязанского «В огне танковых сражений», в которой пишется о подвигах танкиста-женщины капитана Костриковой Евгении Сергеевны. А начала она службу в действующей армии медсестрой и спасла жизни 27 нашим раненым танкистам, за что была награждена орденом Красной Звезды.

            В 1985 году, в 40-летие дня Победы над фашистской Германией, в газете «За рубежом» была напечатана статья американского журналиста времен войны. Этот журналист популяризировал участие советских женщин в войне. Он вспоминал о том, как на 2-м Украинском фронте во время войны побывал на конференции, на которой, он пишет, «участницей была командир танка по фамилии Евгения Кострикова. Эта миловидная с красивыми волосами 22-летняя девушка до войны училась в техническом институте, добровольно ушла в армию, училась в танковом училище, в 1942 году в звании лейтенанта убыла в действующую армию, стала командиром боевого танка».

            Кострикова Евгения, да еще и Сергеевна... Не дочь ли Сергея Мироновича Кирова?.. Его настоящая фамилия — Костриков, а Киров — партийный псевдоним: как у Скрябина — Молотов, у Джугашвили —Сталин...

            В 90-х годах в Харькове я встретился с ветераном войны подполковником в отставке Юрием Ивановичем Костериным. Это человек с очень интересной военной биографией. Начинал учиться в авиационном училище. В первую военную зиму в составе курсантских добровольческих отрядов попал в лыжный разведотряд, а оттуда, как начинающий авиатор, был направлен в отряд аэросаней, воевал на Карельском фронте, потом закончил танковое училище и до конца войны провоевал командиром танка. О нем как о храбром танкисте хорошо написано в упоминавшейся выше книге генерала А. П. Рязанского«В огне танковых сражений», там речь идет о 24- й танковой бригаде 5-го гвардейского танкового корпуса. Юрий Иванович Костерин рассказал, что рядом с ним, в танковом боевом расчете и воевала Евгения Кострикова. Однополчане гордились своей танкисткой, знали ее биографию. С. М. Киров первый раз женился на Кавказе, когда еще носил фамилию Костриков. Его дочь, названная Евгенией, и была та самая танкист Кострикова. Первая жена Кирова заболела и умерла, оставив Сергею Мироновичу Евгению, которую вторая жена Кирова, по фамилии Маркус, не приняла. Маркус была женщиной с еврейскими нравами, не восприняла Женю. Жене пришлось испытать все «прелести» сиротства. До семилетнего возраста она росла в специальном детском доме, учрежденном советским правительством для испанских детей, оказавшихся в СССР после поражения республики в Испании.

            При жизни отца Евгения еще чувствовала отцовское отношение и заботу. А когда С. М. Кирова убили (1934 г.), она стала совсем одинокой. Правда, как рассказывала Евгения своей фронтовой подруге —военврачу Кузьминой Антонине Алексеевне, к ней тепло и заботливо относилась семья А. И. Микояна — соратника С. М. Кирова по революционной борьбе в Закавказье. По-отечески к ней относился и Серго Орджоникидзе, помнили и тепло принимали Евгению и в семье К. Е. Ворошилова (в этой семье Евгения и подружилась с Тимуром и Таней Фрунзе).

            После окончания средней школы-интерната Евгения Кострикова поступила в Московское высшее техническое училище имени Баумана (ныне Техническая академия). А когда с началом войны комсомольцы потянулись в военкоматы за путевками добровольцев, Евгения тоже подала заявление о призыве ее в Красную Армию, окончила курсы медицинских сестер и в качестве медсестры ушла на фронт, спасала раненых танкистов. Не удовлетворившись этим, Кострикова начала ходатайствовать о зачислении ее курсантом танкового училища, но тогда почти еще не было в армии женщин-танкистов. Летчицы были, а танкисты... Пришлось обращаться к самому К. Е. Ворошилову. Вскоре Евгения Кострикова стала единственной курсанткой в Казанском танковом училище. Это училище ускоренным курсом она закончила с отличием и возвратилась лейтенантом в свою же 54-ю (24-ю) танковую бригаду на должность командира танка Т-34.

            В 1944 году она уже была в звании капитана, имела медаль «За отвагу» и орден Красной Звезды. Имя отважного танкиста Евгении Костриковой стало нередко появляться на страницах всеармейской газеты «Красная Звезда».

            Бывшие ветераны 24-й танковой бригады Ю. И. Костерин и Н. Ф. Бирюков вспоминают, что служба танкистки — дочери С. М. Кирова была на пользу всей бригаде. Не хватает военного обмундирования — в Москву командируют Кострикову. Не достает запасных частей на ремонт танков, вышедших из строя,— опять капитана Кострикову в Москву, где она была вхожа к А. И. Микояну, отвечавшему в правительстве за снабжение Красной Армии...

            Один штабной офицер взял себе на заметку, что с Костриковой считаются в московских верхах, все у нее получается, поэтому стал добиваться ее руки и в конечном счете женился на Евгении. Однополчане единодушны в том, что этот офицер (из этических соображений не станем называть его фамилию) добился своего: в результате нескольких поездок Евгении в Москву, к Ворошилову и Микояну, ее муж получил генеральские погоны. Здесь просто не хочется признаваться, что и среди бывших советских генералов находились карьеристы-проходимцы, для которых честь ничего не значила. У мужа Евгении Костриковой сразу после окончания войны обна ружилась законная семья. Евгения снова стала одинокой — обманутой и забытой дочерью С. М. Кирова. Скончалась Евгения Сергеевна Кострикова (она не меняла своей фамилии) тоже в полном одиночестве.

            Даже из однополчан-танкистов ее хоронила лишь одна ближайшая военная подруга — Антонина Алексеевна Кузьмина.

            На Ваганьковском кладбище в Москве запущенная могилка обозначена каменным столбиком с надписью: «Кострикова Евгения Сергеевна. 1921–1975 гг.».

            Такова судьба дочери революционера, выдающегося деятеля ВКП (б) Сергея Мироновича Кирова, к уходу из жизни которого, по версии Н. С. Хрущева, приложил руку Сталин.

Перекласти